23 марта, 2026 - 09:00
50 лет назад, 20 марта 1976 года, Патрисия Хёрст была приговорена к семилетнему тюремному заключению за участие в ограблении банка. Это история о том, как наследница одной из богатейших семей США стала жертвой похищения, потом революционеркой и преступницей – войдя в состав банды, которая ее похитила. Случай Патрисии Хёрст считается классическим примером стокгольмского синдрома.
Патрисия – внучка Уильяма Рэндольфа Хёрста, одного из первых в истории медиамагнатов. Ее отец Эппирсон Рэндольф Хёрст, возглавлявший совет директоров Hearst Corporation, и мать Кэтрин Кэмпбелл, член попечительского совета Калифорнийского университета в Беркли, не считали необходимым предпринимать какие-либо меры для ее личной безопасности. На момент похищения она училась на втором курсе Калифорнийского университета и жила со своим женихом Стивеном Уидом, с которым обручилась в декабре 1973-го. Патрисия изучала историю искусств, Стивен – философию в аспирантуре.
Вечером 4 февраля 1974-го Патрисия и Стивен смотрели телевизор, когда в дверь позвонили. Стоящая за дверью девушка сказала, что задела чью-то машину, припаркованную около дома, и попросила дать ей позвонить. Когда Уид впустил ее в квартиру, следом ворвались двое вооруженных мужчин… Через несколько минут Патрисию, связанную, с завязанными глазами и заткнутым ртом, вынесли из квартиры.
В квартире, куда привезли девушку, ее держали в стенном шкафу, обитом изнутри коврами, чтобы заглушить звуки, которые могли бы доноситься изнутри. Вскоре похитители сообщили ей, что они – представители «Симбионистской армии освобождения» (SLA, леворадикальная террористическая организация, действовавшая в США в 1973-1975 годах) и что она выбрана из-за ее семьи. Ее отец был, с точки зрения SLA, «корпоративным врагом народа», эксплуататором, руководителем «фашистских» СМИ, а мать – виновна в угнетении чернокожих африканцев, апартеиде, убийстве женщин и детей в Мозамбике, Анголе и Родезии (университет занимался финансовыми инвестициями в Африке). По терминологии SLA это было не похищение, а «арест», санкционированный «Судом народа». Члены группировки заявили девушке, что она не заложница, а «военнопленная». А также – что, если она будет образцовой заключенной, с ней будут обращаться хорошо. Но, если попробует сбежать или кто-то попытается ее освободить, ее немедленно застрелят. Члены организации, не открывая дверь шкафа, часами напролет читали ей лекции о марксизме и революции, рассказывали о своих целях.
Девушку хотели обменять на двух членов SLA, томящихся в тюрьме, но Рональд Рейган, бывший тогда губернатором Калифорнии, исключил возможность такого обмена. Тогда у ее отца потребовали вернуть людям часть того, что он и Hearst Corporation украли у народа за многие годы. А именно – оплатить каждому «нуждающемуся» жителю Калифорнии покупку мяса, овощей и молочных продуктов на $70 (современные $450). Нуждающимися следовало считать всех, кто получает социальные выплаты, а также условно осужденных и освободившихся из мест заключения. Стоимость всей программы раздачи еды нуждающимся газеты оценивали примерно в $400 млн. Рэндольф Хёрст публично заявил, что у него нет такой суммы, но он готов пожертвовать на программу помощи нуждающимся $4 млн. Похитители торговались, рассылали по радиостанциям записи обращений от Патрисии (что с ней хорошо обращаются) и от себя – с условиями ее освобождения. 22 февраля, первый день раздачи бесплатных продуктов, был ознаменован драками и беспорядками; раздачи продолжались до 25 марта.
Тем временем Патрисия стала активно участвовать в разговорах с похитителями, отношение к ней стало смягчаться. Ее стали выпускать из шкафа, научили надевать противогаз и пользоваться обрезом. Ей стали разрешать есть вместе со всеми, снимать на ночь повязку с глаз. Затем позволили при свете фонарика читать в шкафу марксистскую литературу и программные документы SLA. Похитители ежедневно пересказывали девушке газетные статьи. И из любого сообщения делали один и тот же вывод: «фашистское корпоративное государство» не собирается ее освобождать.
А потом ей предложили выбор – присоединиться к «Армии» или вернуться домой. Девушка не поверила, что ее отпустят. Решила, что в случае «неправильного» ответа ее убьют. И потому сказала: «Я хочу сражаться за народ». 3 апреля 1974 года Патрисия Хёрст сделала магнитофонную запись, на которой сообщила, что стала членом SLA. Она, в частности, заявляла: «Меня никогда не заставляли говорить что-нибудь под запись. Мне не промывали мозги, меня не накачивали наркотиками, не пытали, не гипнотизировали, не сбивали с толку каким-либо другим образом».
15 апреля SLA провела «экспроприацию» – налет на отделение банка Hibernia в Сан-Франциско, в котором приняла участие и Патрисия. На следующий день во всех газетах можно было увидеть снимок с камеры наблюдения: Патрисия Хёрст с карабином. В ходе ограбления были ранены два человека, добыча составила $10 680. Месяц спустя часть «Армии» была уничтожена полицией в ходе перестрелки. Оставшиеся на воле бойцы группировки – и Патрисия с ними вместе – продолжала грабить банки и магазины. Их арестовали 18 сентября 1975 года. Защита Патрисии Хёрст построила свою стратегию на том, что Патрисии промыли мозги и она страдает от «стокгольмского синдрома», что ей давали ЛСД. А психиатр со стороны обвинения доказывал – с фактами, – что Хёрст была склонна к радикализму еще до похищения.
Патрисия была признана виновной в нескольких преступлениях и приговорена к 7 годам тюрьмы. В ноябре 1976 года в связи с рассмотрением апелляции на приговор суда она вышла из тюрьмы под залог в $1,2 млн. Ее охраняли 20 телохранителей, нанятых отцом. В мае 1978-го, после того как апелляция не была удовлетворена, Патрисия Хёрст вернулась в тюрьму. А 1 февраля 1979-го вышла на свободу: президент США Джимми Картер помиловал ее, снизив срок заключения до уже отбытого. 1 апреля она вступила в брак с Бернардом Шоу – одним из тех самых телохранителей (его жена подала на развод как раз в период его работы на Хёрстов). У супругов родились две дочери, младшая из которых Лидия – актриса и модель.
Патрисия стала актрисой, снималась в ролях второго плана в кино- и телефильмах, играла в театре, а также написала автобиографическую книгу, выдержавшую несколько переизданий.
20 января 2001 года, в последний день своего президентства, президент Билл Клинтон издал указ о полном помиловании Патрисии Хёрст.
